vladimirtan (vladimirtan) wrote,
vladimirtan
vladimirtan

Category:

В больнице за Мясницкими воротами


Деревянное здание, построенное в 1875 году.


Больничный корпус в Огородной Слободе — редкий пример деревянной малоэтажной архитектуры 2-й половины XIX века. С момента постройки внешний облик здания практически остался прежним. К настоящему времени оно сохранило оригинальное оформление с деревянными резными деталями 1870-х годов: здание украшено декоративными архитектурными элементами, оконными наличниками, резным фризом и другими сложными фигурами.




Архитектор  проекта  — А. А. Мейнгард, был назначен в 1869 году  Московским губернским архитектором, а с 1876 года стал губернским инженером для казенных учреждений (больниц, богаделен, тюрем и др.).



Для строительства нового корпуса было несколько причин. В первую очередь требовались новые места для больных и жильё для персонала. Кроме того, больничные палаты были небольшими и ветхими, а значит, госпитальные заболевания могли распространяться быстрее.

Из оценочной описи владения Мясницкого отделения Чернорабочей больницы, составленной в 1914 году, известно, что оба этажа деревянного больничного корпуса тогда занимали женские палаты. После 1917-го здание использовали как медицинское учреждение, затем оно стало административным



В конце 1930-х годов всю существовавшую здесь застройку снесли, остался только двухэтажный деревянный корпус, который чудом и сохранился до наших дней.

До 1963 года в доме было печное отопление. После расселения коммуналок в 1970-е годы здесь   находился Венерологический диспансер №2.



В настоящее время в здании располагается Государственное автономное учреждение культуры города Москвы «Московское агентство организации отдыха и туризма».






История  больницы за Мясницкими воротами (по книге "Москвичи и москвички. Истории старого города". Бирюкова Татьяна)

Корпуса Мясницкого отделения больницы для чернорабочих — так полностью называлась лечебница (коротко говорили: Мясницкая больница) — находились в квартале на углу Мясницкой улицы и Малого Харитоньевского переулка.



Больница работала со второй половины XIX века и практически до начала советского времени, когда здесь стал помещаться Дом врача. Главным зданием больницы считался бывший дом И. И. Барышникова (постройки М. Ф. Казакова).

Дом Барышникова. 1960
Дом Барышникова (Институт санитарного просвещения). 1797-1802. Архитектор М.Ф.Казаков


Затем во второй половине XIX века владение было приобретено государством, в усадьбе разместилось Мясницкое отделение больницы для чернорабочих (к которым относили всех сельских жителей, нанимавшихся на работы в Москве).

В начале XX века здесь, согласно справочникам, находилась Мясницкая городская больница. В 1923 году больница была переведена из усадьбы в другое здание, а её место спустя некоторое время занял институт санитарного просвещения Наркомздрава СССР


Городская усадьба И. И. Барышникова, арх. М.Ф.Казаков



Для венерических больных в 1896 году в этой больнице имелось 819 коек, в том числе — 210 для проституток и 10 для детей. 400 мест были бесплатными, а плата за другие составляла по 6 рублей 50 копеек в месяц.



Сифилис в городе стал распространенным заболеванием, и этого количества коек было явно недостаточно. Поэтому в Мясницкой больнице очень часто больным отказывали в приеме. По подсчетам Городского управления, за три года (с 1893 по 1895) здесь было дано 6947 отказов.




Амбулаторная приемная работала ежедневно. Она оказывала помощь примерно 40 тысячам больных в год. Вопрос об устройстве в других больницах подобных амбулаторий возбуждался Городской управой дважды: в 1887 и 1892 годах. В эти годы в Мясницкой больнице как в центре, наиболее компетентном в вопросе, систематически проводили свои заседания Венерологическое и Дерматологическое общества.



В Москве в 1911 году вопросами реорганизации надзора за проституцией занималась специальная комиссия, которая вела свою работу «конспиративно». По мнению этой комиссии, больничное дело в городе было поставлено очень плохо: оно стоило дорого (затраты исчислялись по 7 миллионов рублей ежегодно), а население «сидело практически без медицинской помощи». Но хуже всего обстояли дела в Мясницкой больнице. В ней размещались 409 штатных кроватей в то время, когда в стационарной помощи нуждалось в 5 раз большее количество пациентов.



За весь 1911 год в Мясницкой больнице было зарегистрировано 14 888 отказов. Мало того, вопреки своему назначению эта больница не имела ни одной палаты ни для перелоя (венерических заболеваний), ни для кожных болезней, хотя и то и другое бывало в Москве в очень тяжелой форме.



Дурной была здесь и амбулаторная помощь: за тот год было зарегистрировано 35 514 пациентов, сделавших 232 888 посещений. Если принять во внимание, что три амбулаторных врача работали постоянно, утром и вечером, беспрерывно по 12 часов (исключая лишь двунадесятые праздники и воскресные дни, когда вечернего приема не бывало), нетрудно высчитать, что на каждого врача за год приходилось свыше 77 тыс.  посещений, а каждому пациенту врач, в среднем, мог уделить менее 3 минут. В эти минуты входили раздевание и одевание пациента. На качественный осмотр и на беседу времени не оставалось. Нетрудно сообразить, что в такой ситуации громадная «армия венериков» оставалась за воротами больницы, и организовать в Москве правильный надзор за проституцией было невозможно.



В ноябре послесъездовского 1911-го года полиция попробовала в целях привлечения проституток на смотровой пункт (в санитарное бюро) предпринять обходы, и сразу, в первых же партиях женщин, она обнаружила 123 больных, нуждавшихся в стационарном лечении. И это тогда, когда в Мясницкой больнице отводилось всего 128 кроватей для всех городских проституток!



Количество же венериков с каждым днем только увеличивалось.



Некоторые члены той комиссии поднимали вопрос о продаже громадного участка в центре Москвы вместе с больницей в частные руки. На миллионы этой дорогой городской земли со зданиями можно было бы выстроить за городом не одну, а три специальные больницы. Но такой проект не понравился врачам Мясницкой больницы. А вот по мнению горожан, как раз больницы-то и должны были бы строиться на окраинах, где в зеленой зоне — тишина, чистота воздуха, и больные попадали бы в условия санаторного лечения.




источник1
источник2

Tags: Москва, архитектура
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments